Коротко
Главная / Культура / Он просто поделился с властью своей репутацией, которой от этого у него стало меньше

Он просто поделился с властью своей репутацией, которой от этого у него стало меньше

Первый орден «За заслуги» Жванецкий получил от Путина в 2009 году. Уже тогда это выглядело нонсенсом: «певец свободы» и «сатирик» — в улыбчивом полупоклоне перед вождём «суверенной демократии».

На счету у полицейского «отечества» в то время уже была расправа с НТВ, независимой прессой, посадка МБХ и насаждение в стране однопартийности с цензурой. Благодарить на полусогнутых такое вот убогое «отечество» было не просто стыдно, но для сатирика — позорно.

Но как-то обошлось и «прокатило». На фоне советских кумиров сатирического жанра, побежавших лобызать лубянского вождя (от Хазанова до Захарова) Жванецкий в кремле не был исключением. Первая цацка от Путина не вызвала большого скандала. Хотя от картинки (фото) уже подташнивало.

Прошло десять лет. Путинский режим приобрёл черты кровавого — в буквальном смысле слова. Война, оккупация, десятки тысяч убитых украинцев в их собственной стране. Наверняка, и одесситов (столь любимых «сатириком»), павших в войне с оккупантами.

Сегодня на «отечестве» и Путине — клейма негде ставить.
«Отечество» давно уж уголовно-полицейское, ведущее имперскую войну, страна-изгой и страна-агрессор. Зачем режиму награждать своих «жванецких» — достаточно понятно. Купить накануне системного кризиса побольше «бароновых», «жванецких», «норкиных» и «глинок» (список огромен) — это способ внедрить идею «диалога» и «сотрудничества» в наиболее активную, совестливую, интеллигентную среду, создающую общественное мнение.

Каждый купленный «жванецкий» (с «Владимиром» на шее) — удар по моральной норме и этическим стандартам поведения. Дело, разумеется, не в «цацке», а в навязывании обществу идеи допустимости сотрудничества с властью — в годы её агонии и морального банкротства.

«Жванецкими» власть затыкает пробоины и щели своего «Титаника». Абсолютно не прав Шендерович, называя протестное поведение «редким даром», которого нельзя требовать от художника. Разумеется, с танцоров, оперных певцов и фигуристов — какой спрос? Но литератор — в российской традиции — «совесть нации». Писатель без чести и совести, без точного этического чувства — профнепригоден. Потому что этика — предмет его прямой компетенции. Музыкант без слуха, как и писатель без совести, стоят друг друга.

Принимая ордена от преступника, «интеллигенция» становится «подельницей» режима. Затычкой в их тонущем судне. Не будем себя обманывать: «сатирик» в телевизоре шёл по дорожке — не за побрякушкой. Он шёл демонстрировать граду и миру рукопожатность главного убийцы (без всяких там метафор). Именно это было главным смыслом события.

Я, Жванецкий, подтверждаю репутацией «сатирика», писателя и высокого интеллигента, что можно жать руку… Допустимо и нормально. Именно за этим «классика» звали в кремль. И именно этим (репутацией) Жванецкий с кремлём поделился.. Ничего другого не произошло. Все споры об орденах — от лукавого.

Могло ли быть иначе? Разумеется. Я не могу себе представить вручение фюрером Томасу Манну «высокой награды» рейха «за вклад в развитие культуры и искусства». (Манн пожимает руку главе государства, благодарит великую Германию и лично фюрера за высокую оценку его литературной деятельности).

Финиш.. Занавес.. Конец репутации? Ну, почему.. Может быть, вы скажете, что великий Томас Манн не заслужил прекрасной прозой высокой государственной награды от германского правительства? Режимы преходящи, а награда от страны — его по праву. Или нет? Вы же не хотите, чтобы классик умер в ожидании разгрома преступного рейха — без заслуженной награды? Какая разница — кто именно вручит ему орден: Гинденбург, Гитлер или Аденауэр? Не так ли?

Впрочем, пожимая руку фюреру, Манн перестал бы быть Манном. Дело (повторю) не в орденах. С кем вы готовы поделиться репутацией, принимая награды, улыбаясь, позируя для прессы.. А с кем — не готовы. Личный выбор каждого. Это ваша репутация, вы её хозяин. Можете остаться в памяти людей как человек не-пожавший руку подлецу и преступнику. А можете «плюнуть в вечность» — по точному слову Раневской.

Не надо думать, что репутации живут отдельно от творчества. За любыми строчками всегда встаёт личность, — а не просто фигура автора. Поэтому Жванецкий для меня (читателя) останется «тем самым человеком», кто благодарно улыбался военному преступнику — в дни реальных (не метафорических) убийств своих украинских соотечественников.

Возможно, прав Иртеньев: Жванецкий классик, этого достаточно. А ваше мнение о нём — засуньте обратно в голову, оно никого не волнует. Может быть, и так. Но у читателя есть право на оценку и пристрастия. Лично у меня другие представления о достоинстве и чести сатирика, о писателе, как «совести нации» (слава богу, есть примеры этого).

Так что (повторяю) для меня «сатирик» и «классик» — закончился. И не потому, что я радикален или злопамятен. Вовсе нет. Но я не могу быть ценителем стиля, прозы и тонкого юмора — человека, которого глубоко не уважаю.

Источник: newsland.com